Яндекс.Погода

вторник, 4 августа

ясно+12 °C

Сейчас в эфире

РАДИО 1 - ПЕРВОЕ ПОДМОСКОВНОЕ РАДИО

Великий путь к Великой Победе. Первая бомбёжка города Озёры

05 февр. 2020 г., 13:37

Просмотры: 2568


2020 год в России объявлен Годом памяти и славы в честь 75-летия Победы в Великой Отечественной войне.

Продолжаем публикации под рубрикой «Великий путь к Великой Победе», посвящённой славной теме подвига наших земляков на фронтах и в тылу.

***

Очерк Николая Пирязева «БОМБЁЖКИ»

Сколько пуль крупнокалиберных пулемётов, сколько осколков фашистских бомб вонзилось навечно в озёрскую землю? Увы, этого не знает никто. Может быть упростить и укрупнить вопрос: сколько бомб упало на территорию Озёрского района? Точную цифру также теперь никто назвать не сможет. Когда бомбы сыпались с неба, их не считали (всегда кажется, что они летят именно на тебя), поэтому люди искали укрытия, старались плотнее вжаться в родимую землю — спасительницу. И земля спасала, укрывая от осколков, а иногда и целиком поглощая бомбовый запас...

Мои уши не закладывал страшный свист падающих бомб, а вот взрыв настоящей бомбы слышать довелось. Это было 14 мая 1976 года. В милиции строили новые здания. Готовили место под фундамент. На месте бывшего собачника вдруг обнаружили странный кусок ржавого металла. Вот какое заключение дал тому специалист, инженер-майор Захаров: «Это немецкая осколочно-фугасная стодвадцатимиллиметровая авиабомба… снабжена двумя взрывателями – верхний (головной) и нижний (донный). По-видимому, бомба упала плашмя. От неё отлетел, не взорвавшись, головной взрыватель…Взрыв не произошёл».

С большими предосторожностями трудились сапёры. Перекрыто движение по городу.

Бомба в ящике с опилками, на дне кузова КРАЗа с песчаной подсыпкой. Приказ водителю: ехать на предельно низкой скорости, как можно осторожнее. Погрузка, разгрузка и путь в три километра до реки и вправо от моста до ближайшего оврага заняли ровно два часа. В 13 часов там и прогремел взрыв. Все это мы наблюдали как очевидцы с моим другом и коллегой-журналистом Геннадием Красниковым. Это событие было описано на страницах районной газеты в репортаже «Взрыв через 35 лет».

Ту бомбу совершенно случайно нашли через 35 лет после бомбёжки. Сколько же их еще осталось в озёрской земле? Известно, что бомбили фашисты переправу и транспорт на реке, строительства оборонительных сооружений и узкоколейки, заготовщиков дров и торфа. Какова вероятность того, что торфяные болота, вода или земля поглотили одну-две, а, может быть, десяток неразорвавшихся бомб?

Мне довелось однажды ехать в поезде «Голутвин-Озёры» с интересным попутчиком, бывшим паровозным машинистом военной поры. Он показал мне на перегоне «Даниловская» — «Холмы», рядом с железнодорожным полотном, несколько, заросших уже, озерков и пояснил их происхождение. Это были воронки от бомб. Старый машинист поведал занимательную историю. 

Осенью 41-го года он с помощником перегонял по этому пути одиночный паровоз из Озёр в Коломну. Внезапно над ними появился фашистский самолёт и устроил настоящую охоту за паровозом. Бомбы рвались спереди, сзади, справа и слева. У машиниста оставался ограниченный манёвр: вперёд, назад, резко увеличить скорость, внезапно затормозить, внимательно отслеживая в то же время развороты и пикирование самолёта. Мастерство спасло тогда машиниста. Фашист улетел, когда кончился боезапас, со злостью прошив напоследок тендер паровоза пулеметной очередью. Помню, спросил я тогда машиниста:

— Сколько же бомб на тебя фашист истратил?

Железнодорожник рассмеялся:

— Кто же их тогда считал!…

Вот ещё несколько свидетельств очевидцев.

А. Комаров, во время войны – главный агроном района:

— Были сброшены авиабомбы на город, которые нанесли вред фабрикам, имелись раненые. Позднее, когда в районе находились наши войска, их скопления бомбили в Мощаницах, Горах и других населённых пунктах. В районе Редькина на Оке был разбомблён транспорт с эвакуированными людьми и грузом из Калуги.

Сам факт потопления речного судна подтверждают свидетельства многих очевидцев. А сколько человек было всего на барже? Скольким из них удалось спастись? Об этом никто не рассказал. Вот здесь и возникает ещё один вопрос: знаем ли мы точное количество жертв варварских бомбардировок? Опять, к сожалению, нет. Действительно, что-то установить уже не удастся, а что-то и не пытались до сих пор выяснить.

Бомбёжка 24 ноября 1941 года

Самой трагической для озерчан оказалась бомбёжка 24 ноября 1941 года. Девять бомб были сброшены на город. Были жертвы – убитые и раненые, были разрушения и тяжелые последствия всего этого. Однако, стоит сказать, что могло быть и хуже. Приблизительно на том месте, где сейчас вход в фабричную столовую, стояло одноэтажное деревянное здание профкома (объединённый профсоюз текстильных фабрик). Около десятка постоянных сотрудников и десятка два посетителей – таков был обычный контингент этого присутственного учреждения. Прямое попадание бомбы в это здание уничтожило его полностью. Счастливая случайность – в помещении в это время не было ни одного человека! Половина первого дня – обеденный перерыв. Один из поражающих факторов взрыва – ударная волна. Она повалила ближайшие заборы (которые частично защитили первый этаж ткацких цехов, зато во втором этаже окна выбивало даже с рамами, которые увечили рабочих). 

Фасад управления фабрик враз лишился остекления вместе с бумажными перекрестиями, которые, якобы, должны предохранять от осколков стёкол. Одно только это и уже страшно – пустые глазницы главного здания текстилей. В результате бомбёжки был разрушен красный уголок прядильной фабрики, многие цеха ткацкой фабрики. Особенно пострадал цех №5, который удалось вновь пустить в эксплуатацию только в начале 1944-го года. Эта бомбёжка была жутким этапом в жизни города военного периода, во-первых, потому что после нее остановились текстильные производства, во-вторых, потому что буквально через три дня начался демонтаж оборудования и его эвакуация, которое в свою очередь породило паническое настроение в городе и районе.

Здесь необходимо восстановить историческую правду и сказать, каковы были жертвы этой акции. В нашу маленькую озёрскую историю внедрился только один факт с подачи краеведа А.П. Дорониной – «…было ранено 80 рабочих». Эта цифра промелькнула в трёхтомнике «Города Подмосковья», в очерке про Озёры, в 22-м томе Книги памяти Московской области. В свое время я пытался (безрезультатно) выяснить первоисточник этого факта у самой Дорониной. Во время войны она являлась лектором при горкоме партии. Возможно, и была тогда установка не афишировать и скрашивать цифры жертв, дабы не нагнетать обстановку.

Однако, в 1975 году в своих воспоминаниях почётный гражданин города Озёры Александра Петровна Чернова (годы жизни 1905-1983гг.), с 1933г. – хирург Озёрской городской больницы, во время войны хирург госпиталя, писала: «24 ноября 1941 года среди бела дня жители Озёр услышали необычный грохот. Это прорвавшийся фашистский стервятник бомбил наш мирный город. Объектом бомбёжки был избран комбинат «Рабочий». Были выведены из строя ткацкие цехи. От воздушной волны был частично разрушен корпус хирургического отделения. Пострадало более 150 человек, из них четверо были убиты, другие получили ранения. Им была оказана медицинская помощь».

Заметим, что эти факты приводит непосредственный профессиональный участник события, который оперировал раненых, знал их число и констатировал смертельные случаи.

В другом источнике – докладе озёрского руководителя к раннему (20-летнему) юбилею Победы упоминалась цифра – пять погибших.

Во время написания этого очерка была предпринята попытка восстановить истину и уточнить имеющиеся факты. Великая благодарность работникам Озерского ЗАГСа, которые помогли в этом деле. 

Установлено: убито 24 ноября и умерли от ран в ближайшие три дня — шесть человек. Список приводится в той последовательности, в которой происходила регистрация смертей в ЗАГСе:

Гуськов Иван Осипович — 29 лет,

Митина Тамара Николаевна — 15 лет,

Волкова Мария Ивановна — 26 лет,

Комарова Анна Трифоновна — 36 лет,

Бакунова Нина Федоровна — 16 лет,

Мартынов Иван Владимирович – 34 года.

В графе место работы у всех записано: «текстильная фабрика». Все они находились на рабочих местах. Без всякого пафоса – они работали на победу, они были на боевом посту, потому что выполняли военный заказ, потому что воевали и гимнастерки, и бинты, и портянки. Если этих людей не наградили медалью «За доблестный труд в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.», (посмертно), то это неправильно, не их вина, что они не доработали срок, отмеченный в медальной надписи. При желании, это можно сделать и сейчас. Мы не вправе давать рекомендации руководству текстильной фирмы «Ока», однако человеческий долг повелевает, чтобы каждый год 24-го ноября прозвучал тревожный гудок на текстильных фабриках и в минутный останов оборудования наследники профессий погибших почтили память своих товарищей.

Пусть впервые перешагнувшие порог ткацкой фабрики или профессионального училища, увидят мемориальную доску, на которой золотом написаны имена погибших на боевом посту. В этом и есть смысл лозунга: «Никто не забыт и ничто не забыто». Важно, чтобы лозунг не был виртуальным, а воплотился в несложные, но важные дела по сохранению памяти наших земляков. 

Возвращаясь к списку, важно отметить, что в большинстве тех имен – самые распространенные, исконно озерские фамилии. Сотни озерчан и сейчас носят такие, среди них нетрудно проследить родственные связи. Это направление деятельности тем, кто не просто так прочитал эту книгу…

Озерчане не просто боялись бомб и бомбежек и прятались от них в бомбоубежищах или куда попало. Были такие озерчане, которые работали с бомбами. Приведем отрывок из воспоминаний комиссара 57-го Озёрского истребительного батальона А. Полуянова:

«Шел октябрь первого года войны. В 12 дня в Озёрах объявили воздушную тревогу. Через несколько минут в небе послышался гул мотора и показался фашистский самолет. Он летел совсем низко над городом, так что люди могли видеть свастику на его крыльях. Потом самолет стал медленно подниматься, и через некоторое время на землю упало 16 бомб, из которых взорвались две. Остальные бомбы были замедленного действия. Одна из них ударила в двухэтажное здание, где размещалось около двухсот детей, эвакуированных из Москвы, пробила крышу и застряла в перекрытии не разорвавшись, Дети и люди, проживающие рядом, оказались в смертельной опасности.

На место происшествия срочно прибыл отряд горвоенкомата, возглавляемый В.И. Мироновым. Осторожно Василий Иванович стал обезвреживать бомбу. Долго возился он с вражеским «подарком». На лбу выступила испарина, рубашка прилипла к спине. Наконец он встал и сказал:

— Все!

Смерть была побеждена. Минут через пять к бомбе было трудно пробиться. Вокруг нее образовалось плотное кольцо любопытных.

Вскоре подвели лошадь. Миронов зацепил бомбу за кольцо и оттащил ее за «черную канаву». С Колей Зайцевым, бойцом истребительного батальона, они взорвали бомбу.

Вот такие краткие сведения по истории бомбёжек нашего города и района. 

Естественно, очень хотелось бы их дополнить. Справедливости ради, необходимо пояснить, что бомбёжки в нашем районе не носили методически планомерного характера, в первую очередь потому, что в Озёрах не было важных военно-стратегических объектов. Все это происходило хаотически и случайно. 

Возможных версий происходившего несколько. 

Одна из них в том, что осенью 1941 года авиация противника имела значительное превосходство, в связи с чем имелась возможность полетов на так называемую «свободную охоту». Этим можно объяснить и погоню за одиночным паровозом, и потопление незащищенного водного транспорта, и обстрелы случайно обнаруженных скоплений групп людей. 

На ближайших подступах к Москве существовала мощная система ПВО. Многим бомбардировщикам врага не удавалось её преодолеть. Нельзя было возвращаться на базу с бомбовым запасом. От него освобождались над случайными целями. Такова вторая возможная версия причины наших бомбардировок. Известны неединичные описания многократных бомбежек каширской ГРЭС (важного стратегического объекта). Там происходили массированные налеты вражеской авиации. Вкратце, как это часто происходило. Самолетов было так много, что одновременно бомбить ограниченный по площади объект было просто невозможно. Тогда самолеты устраивали так называемую «карусель» – по широкому кругу становились в очередь. Иногда, как писали очевидцы, из этого круга «нетерпеливые отваливали и уходили вниз по Оке». Эти «нетерпеливые» могли бать и хитрыми, и трусливыми. Чем рисковать попасть под огонь зенитных батарей, защищавших каширскую ГРЭС, проще было сбросить бомбы на беззащитный город.

Вот вам и ещё одна причина пиратских налетов на Озёры.

 

Уточнённые данные Озёрского отдела ЗАГС

Список погибших озерчан 24 ноября 1941 года при бомбёжке города.

1.Бакунова Нина Федоровна, 16 лет (ранение головы), г. Озёры, ул. 7 Ноября, дом 21.

2.Волкова Мария Ивановна, 26 лет (перелом основания черепа), г. Озёры, ул. Пролетарская, дом 20.

3.Гуськов Иван Осипович, 29 лет (тяжёлое ранение и контузия), Адрес написан неразборчиво. Предположительно Катюшино поле, дом 12.

4.Комарова Анна Трифоновна, 36 лет (ранение головы), г. Озёры, ул. Свердлова, дом предположительно № 2.

5.Мартынов Иван Владимирович, 34 года (ранение левого плеча и левой руки, потеря крови), г. Озёры, адрес не установлен.

6.Митина Тамара Николаевна, 15 лет (Ранение головы) г. Озёры, ул. Красные Озёры, д. 44.

 

Воспоминания Нины Ивановны Гребеньковой

Нина Ивановеа вспоминает о начале войны, о сброшенных на город бомбах, о том, что побудило её добровольцем записаться на войну:

— Когда началась война, мне только исполнилось восемнадцать лет. Жила я в Озёрах, в нашей семье было четверо детей. Мать и отец работали на фабрике, а я только окончила трехгодичную фельдшерскую школу. 

В первые же дни войны отца забрали на фронт. В Озёрах войны как таковой не было, но ночью не спалось: над городом всё время пролетали самолёты. 

Помню, люди бесконечно шли по дороге, кто в военной форме, направляясь в свои части, а кто на фронт. Днём люди просто боялись выходить из дома, на улицах практически никого не было. 

Однажды, немецкий самолёт сбросил на наш город несколько бомб. Одна из них разорвалась на территории фабрики. Множество людей пострадало от взрыва, осколком ранило и мою маму. Мы не могли оставаться дома и смотреть на всё со стороны. Вот и собрались с подругами в военкомат.

Пришли мы к военкому с просьбой отправить нас на защиту Родины. Увидев наше упорство, сразу отправил на медкомиссию. Тогда всё это проходило быстро и буквально на следующий день нас построили около военкомата. 

Люди выходили на улицу, провожали добровольцев на фронт. Я тогда была маленькая, хрупкая, молоденькая совсем, все смотрели и удивлялись, говорили: 

— А этот ребёнок куда идёт?

Мы сели в поезд, который направился в Тулу. Приехав на место, нас определили в часть, где в течение трёх дней обучали военному делу. 

Тогда я и узнала, что такое война, насколько она ужасна. Видим, самолёт летит - быстрей прятаться, не успел спрятаться - считай, умер. Когда в больших боях участвовали, в основном медпомощь оказывали, а не сражались. 

Страшное время было, никто не знал, откуда врага ждать. Но победа приближалась, и встретили мы её в лесу. Весенний лес прекрасен, всё расцвело, пахло свежестью, наконец-то царил мир!» 

Из книги «Война глазами ветерана». 2012 год, Озёры

3.jpg

4.jpg

5.jpg

6.jpg

Обсудить тему

Введите символы с картинки*
vshature